Сенцов, заявил, что «страна, стоящая в двух шагах от превращения в тоталитарное государство, не в состоянии иметь другие тюрьмы»

7 сентября Украина и Россия обменялись пленными и осужденными: в числе помилованных российским правительством оказался украинский режиссер Олег Сенцов, осужденный на 20 лет по обвинению в терроризме. Проведя пять лет в ИК‑8 в городе Лабытнанги Ямало-Ненецкого автономного округа, Сенцов изложил  свои впечатления о российской тюрьме.

политзаключенный режиссер Олег Сенцов
политзаключенный режиссер Олег Сенцов

«Здесь еще с порога тебе дают понять, что ты попал в чистилище, где у тебя нет никаких прав, а жаловаться бесполезно и некому. Прибывших этапом людей бьют нещадно лишь за то, что они существуют, — ​это так называется «приемка», обязательная процедура, практически ритуал», — пишет Сенцов.

Заключенных сразу приучают обращаться к сотрудникам администрации исключительно «гражданин начальник» и спрашивать разрешение на совершение любого действия, даже на то, чтобы пройти мимо человека в погонах. Здороваться заключенные должны громко и хором, независимо от того, сколько раз в день уже видели этого сотрудника. На протяжении двухнедельного карантина заключенного «учат» правилам внутреннего распорядка, патриотическим песням и гимну Российской Федерации, а также хождению строем.

«Работающая внутри лагеря смена в десять сотрудников не в состоянии удержать пятьсот зэков в подобной рабской покорности, поэтому создана система, в которой половина арестантов сотрудничает с администрацией явно или тайно, помогая поддерживать подобный режим, атмосферу страха и недоверия. Ты не можешь ничего сделать или сказать то, о чем не будет доложено сотрудникам», — пояснил Сенцов. По его словам, сотрудничество с администрацией заключенным предлагают почти сразу после прибытия, и уклониться от этого невозможно.

Чтобы заставить «новеньких» сотрудничать с администрацией, к ним практически на протяжении всего срока применяют психологическое и физическое давление. Тех, кто не хочет сотрудничать и подписывать необходимые бумаги, ожидают побои, унижения, электрошокеры, содержание в холодной камере голым или в мокрой робе, а также другие изощренные издевательства, сопровождаемые угрозами «опустить», то есть изнасиловать.

«Тебя могут на сутки закрутить в матрац и бросить, как куклу, валяться на полу или еще хуже — ​заколотить в позе эмбриона в железный ящик наподобие сейфа, где практически нечем дышать и приходится мочиться под себя, потому что перерыва на туалет и обед в этих аттракционах не предусматривается», — пишет Сенцов. При этом все официальные правила соблюдаются «с маразматической и извращенной пунктуальностью», а местная администрация предлагает и свои нововведения. Отдохнуть от этих издевательств можно, лишь вскрыв себе вены и очутившись в тюремной больнице.

Каждый из тех, кто согласился на сотрудничество, » в течение дня ведет свой маленький списочек — ​»точковку», в который он заносит все нарушения, все увиденное или услышанное, всю полезную для оперов информацию о других осужденных, в том числе и на подобных ему стукачей. «В конце дня завхоз собирает все эти бумажки в кучу, формируя общий отчет с барака, и с утра сдает его оперативникам, которые все это обрабатывают и принимают соответствующие меры», — отмечает Сенцов. В среде доносчиков существует жесткая внутренняя конкуренция — ​все они пытаются выслужиться не только перед администрацией, но и перед своим завхозом, чтобы подвинуться вверх по местной иерархической лестнице, строя интриги друг против друга, затаскивая в эти схемы и сотрудников, и других заключенных.

Завхозы со своими ближайшими подручными занимаются мелким вымогательством среди других заключенных после получения передачи или отоварки в магазине, а также создают невыносимые условия для денежной жертвы, которая под угрозой попадания в «петушатник» начинает платить. «Иногда это разовая акция, а когда и регулярная. И не факт, что у такого «кабанчика» реально есть на воле деньги, тогда он начинает звонить домой, умолять, и где-то продаются машины или берутся кредиты».

«Когда в тюрьму или колонию приезжает комиссия с проверкой, то в учреждении все чинно и аккуратно, заключенные ни на что не жалуются, администрация вежлива, проверяющие довольны. Реальная тюремная жизнь на время комиссии законопачивается и залакировывается. Когда комиссия уезжает, то все возвращается на круги своя, иногда на свои круги ада», — пишет Сенцов, заявляя, что «страна, стоящая в двух шагах от превращения в тоталитарное государство, не в состоянии иметь другие тюрьмы».

Дело Сенцова

В августе 2015 года Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону признал Олега Сенцова виновным в организации террористического сообщества и приговорил его к 20 годам колонии строгого режима. По этому же делу был осужден активист Александр Кольченко, которому дали 10 лет.

Сенцова и Кольченко обвинили в том, что весной 2014 года, вскоре после присоединения Крыма к России, они организовали поджоги офисов организации «Русская община Крыма» и офиса «Единой России» в Симферополе. Кроме того, Сенцов и другие подозреваемые якобы готовились взорвать памятник Ленину, утверждало следствие.

Сенцов не скрывал своей неприязни к российским властям, но утверждал, что преступлений не совершал. «Боролся с Россией как мог, но ничего криминального. Оказалось, что они выдумщики большие», — рассказывал он позднее про свое уголовное дело. По словам режиссера, на его встречах с другими украинскими патриотами «высказывались безумные идеи», но это были разговоры «диванной гвардии». А потом «следствие попыталось из этого что-то слепить» по политическим мотивам.

После присоединения Крыма Сенцову автоматически присвоили российское гражданство — на этом основании российские власти отказывались передать режиссера Киеву. Сенцов же заявил, что не получал российский паспорт.

Олег Сенцов отбывал наказание в городе Лабытнанги в Ямало-Ненецком автономном округе. Александр Кольченко находился в колонии города Копейск, на Урале.

14 мая 2018 года режиссер объявил бессрочную голодовку, требуя освобождения всех украинских политзаключенных из российских тюрем — 64 человек. Это требование в итоге так и не было выполнено.

Голодовка продлилась 145 дней и стала беспрецедентной для российской тюремной системы. До Сенцова самую продолжительную голодовку держал советский политзаключенный Анатолий Марченко — 117 дней. Затем его стали кормить принудительно. Через 12 дней после прекращения голодовки, 8 декабря 1986 года, Марченко умер из-за остановки сердца.

Сенцов согласился прекратить голодовку лишь 6 октября из-за угрозы принудительного кормления, что фактически можно приравнять к пытке. 25 октября украинский режиссер был удостоен премии Европарламента имени Андрея Сахарова «За свободу мысли» за 2018 год.

В начале октября 2018 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) принял к рассмотрению жалобу Сенцова, который утверждал, что в отношении него российскими властями имело место нарушения статьи 3 (запрещение пыток) и статьи 5 (право на свободу и безопасность) Конвенции по защите прав и основных свобод человека.

7 сентября Олег Сенцов вернулся на Украину в рамках обмена между Киевом и Москвой удерживаемыми лицами по схеме «35 на 35». В выступлении в Европарламенте на вручении ему премии Сахарова Сенцов призвал не верить президенту РФ и «не протягивать руку дружбы Путину через головы украинцев». В следующем году в свет выйдет книга тюремных рассказов Олега Сенцова и дневник 145 дней его голодовки, которые сейчас готовятся к печати.

Нажимая кнопку «Отправить комментарий», я принимаю пользовательское соглашение и подтверждаю, что ознакомлен и согласен с политикой конфиденциальности этого сайта

Добавить комментарий

*

3 × четыре =